Альпинист. Книга 3 [СИ] - Тим Волков

— Ну вот и я про то же!

Генка вдруг замолчал и задумчиво поглядел будто бы сквозь стены.

— Андрюха, мне кажется, меня они просто так теперь не отпустят.

— Ты о чем?

— Они мне задают очень много вопросов. Но даже не это меня смущает. А тон, с каким они ведут расспросы. Холод какой-то в словах. Мне кажется, насчет меня все решено.

— Да ты что⁈ Не переживай, все будет нормально. Зададут вопросы и отпустят.

— Вряд ли, — парень покачал головой. — Не отпустят. Я чувствую, что меня словно клещами схватили. В тюрьму, может, и не посадят, а вот с альпинизмом сильно ограничат. Максимум — это только на Каменку смогу ходить. И то, столько бумажек нужно будет подписать, что ты туда идешь именно на восхождение, а не радиоточку оборудовать.

— Все будет нормально, не нужно хандрить.

Генка хотел что-то возразить, но в последний момент передумал, плюнул.

— Да ну их!

И пошел к себе в номер, понуро опустив голову.

На третий день меня вновь вызвали на беседу. Я был полон оптимизма, о том, что нам хотят сообщить приятную новость — можно возвращаться домой. Но встретивший меня Дмитрий был предельно сосредоточен, даже хмур. От былой веселости не осталось и следа.

— Что-то случилось? — сразу же понял я.

— Случилось, — кивнул Дмитрий. — Андрей, заходи и присядь. Нужно серьёзно поговорить.

Мне это не понравилось.

— Что случилось?

— Кинг не вышел на связь.

— А должен был?

— Должен.

— Я же рассказывал вам, что у него очень критическая ситуация. Его взяли в работу спецслужбы. Поэтому он и не выходит — чтобы не раскрыть себя. Кинг сказал, что прилетит сюда через три дня.

Я вдруг задумался.

— Получается, сегодня прилетит! Так что зря волнуетесь! Ждите. Будут у вас скоро ключи от шифровок.

— Не так все просто, Андрей, — Дмитрий достал сигарету из пачки, закурил. — То, что он вылетел — это мы знаем. С трудом, через подставные паспортные данные, но вылетел. Нанял какого-то пилота с просроченной лицензией и с целым списком уголовных статей, который согласился переправить его сюда. Мы даже отследили маршрут.

— Ну вот, — произнес я, не понимая, к чему он ведет.

— Они двинули через Тихий океан. Добрались до Таклобана, там дозаправились и вновь выдвинулись в путь.

Дмитрий замолчал. Потом посмотрел на меня ледяным взглядом и сообщил страшную вещь:

— На подлете сюда самолет Кинга потерпел крушение.

— Что⁈

Я аж подскочил со стула.

— Именно так. Нам точно не известно, как это произошло — был ли это истребитель, который западные службы отправили в погоню, либо взрывное устройство подкинули в аэропорту перед вылетом. Лично я склоняюсь ко второму варианту и думаю, что взрыв должен был произойти в Тихом океане, чтобы скрыть все улики на дне. Но видимо что-то не сработало. Самолет разбился в Алтайских горах. Нам известные даже координаты.

— А Кинг жив?

Дмитрий молчал.

— Кинг жив⁈

— Мы не знаем. Связи не было. Возможно, были поломки, возможно, соблюдали тишину в эфире. Мы, конечно, надеемся, что нас агент жив, но сам понимаешь… Никаких гарантий тут дать невозможно.

Я задумался. Новость словно окатило меня ледяной водой. Повисла гнетущая тишина. Взгляд мой упал на коробочку, которую мы таким трудом привезли сюда — это стоило много для меня и еще больше, гораздо больше, для Кинга. Неужели все зря?

— А как же ключи от шифровки? Вы сможете расшифровать данные?

— Не сможем, — предельно жёстко, но правдиво, ответил Дмитрий. — Я хотел бы хотел быть оптимистичным и надеяться, что наши дешифровщики справиться с кодом, они очень у нас сильные, через раз кандидаты математических наук. Но я реалист. Я знаю, что ключ создал сам Кинг, и какие именно техники он использовал можно только догадываться. Расшифровка займет очень много времени и ресурсов. И боюсь, что, когда будет найден нужный подход и ключ, эта информация уже безнадежно устареет.

— Что же тогда делать? — растеряно спросил я.

Мне не хотелось верить, что все было зря. Черт с мной и с тем, что я выполнил задание. Но ведь Кинг жизнью пожертвовал ради этой коробочки!

— Поэтому я и вызвал тебя сюда и все тебе рассказал, — после паузы ответил Дмитрий.

— Не совсем понимаю…

— Военные говорят, что перед взрывом самолет летел на достаточно низкой высоте. Также нам известны координаты крушения. Это Алтайские горы, северная их часть. Достаточно труднодоступный участок. У нас есть основание предполагать, что ключи не повредились при падении. Единственная трудность — это горы.

— Вы хотите сказать…

— Именно так, — кивнул Дмитрий. — Мы хотим, чтобы ты, Андрей, пойти на Алтайские горы и забрал ключ.

— Но…

— Больше никому мы не можем это доверить. Только тебе известно про Кинга и про ключ. Это исключительная информация, секретность